Новости РСПМ и компаний

25.05.2022 Ю. Елисеев: «Вся моя жизнь связана с монтажом и строительством» (интервью с руководителем ГП Стальные конструкции)


В мае основателю и бессменному руководителю ГП «Стальные конструкции» Юрию Елисееву исполняется 75 лет! Юрий Николаевич – высокопрофессиональный специалист и ярый фанат металлостроительства, приложивший немало усилий для популяризации этой отрасли в нашей стране, рассказал журналу «Металлоснабжение и сбыт», что привело его в эту сферу, и как она стала «делом жизни».

Юрий Николаевич, свою жизнь вы связали с металлостроительством. Как вы к этому пришли? Насколько случайно это было?

Я родился в семье металлостроителей. Мать работала на заводе металлоконструкций. Отец сначала был разметчиком на заводе металлоконструкций, а потом устроился монтажником в уральское управление Стальконструкции. Когда я учился в начальной школе в Нижнем Тагиле, в выходные мы ездили отдыхать за город. В 6 утра садились на товарный поезд, в обычный грузовой вагон, и всем скопом ехали, чтобы праздновать очередное воскресение на пруду.

Естественно, в вагоне начинались разговоры, и были они только о работе — ты не так лебедку поставил, не так трос запасовал… И для меня не было непонятных слов. Я уже тогда знал, что такое колики монтажные, монтажный ключ, резак, держак, маска, каска… Я с этим рос!

Когда я стал чуть постарше, я уже знал, что есть «форма 2», которую надо «закрывать» (это объемы выполненных работ). Знал, что такое фонд заработной платы и что такое ее перерасход. Я был свидетелем празднований, когда пускали очередную доменную печь или прокатный стан. Мой отец построил несколько доменных печей, в том числе на Карагандинском металлургическом комбинате. А я уже оканчивал строительство третьей доменной печи, и от начала до конца работал на монтаже четвертой домны на этом предприятии.

Кроме того, я ставил первую колонну на стане холодной прокатки и жести Кармета. Эта линия потом принесла комбинату всесоюзную известность. Позже я участвовал в ремонтах кауперов (воздухонагревателей) на всех доменных печах. Была такая специализация в управлении Стальконструкция — монтаж воздухонагревателей, которые представляют собой своеобразные сигары только диаметром 10 м и высотой 50 м.

Довелось участвовать также в проектах, которые были реализованы впервые в мире. Например, в проекте по подращиванию вытяжной трубы. Тогда такие методы нигде не использовали, а мы выращивали 12-гранную заводскую трубу. Позже так стали монтировать краны БК-1000. В итоге вся моя жизнь связана с монтажом и строительством, и работал я на стройках промышленных гигантов союзных республик — Казахстана, Азербайджана и России.

Затем уже и в России мы начали возводить овоще- и сенохранилища и другие объекты — небольшие, но тоже нужные. Хотя вытяжные трубы высотой 140 м в Рязани на Картонно-рубероидном заводе и на Комбинате химического волокна тоже мы строили.

Теперь вот уже 30 лет я возглавляю компанию, которая занимается профилированным настилом. Поначалу мы им торговали, а катали продукцию на Киреевском заводе. Как монтажник я сталкивался с этим замечательным материалом и раньше, понял его необходимость и перспективность применения в строительстве. Поэтому ГП «Стальные конструкции» сама занялась производством профнастила, и этому делу не изменяет уже 30 с лишним лет.

На сегодня у компании самая широкая линейка типоразмеров профилированного настила. И, кстати, мы единственные проводим испытания подобных конструкций. Например, недавно приезжали представители одной петербургской компании, по заданию которой мы испытали балку Гербера на несущую способность. Практически никто из современных продавцов профнастила даже понятия не имеет, что это. А эта балка обеспечивает экономию профнастила в 30%.

Сейчас мы готовимся к испытанию профнастила длиной 18 м, потому что он на 35% выгоднее, чем профнастил стандартных длин.

Таким образом, ГП «Стальные конструкции» старается работать и в инженерном направлении, чего в нашей отрасли ни о ком не скажешь. При этом наше производство работает само по себе, не подпитываясь больше ни за чей счет. Другие же компании имеют прокатное производство или выпускают другую продукцию.

Когда было интереснее работать — в советское время или сейчас?

В каждом времени свой интерес. Я помню, когда мы работали на доменной печи, а потом ездили в кузове грохочущего грузовика… Газоходы грязного газа, чистого газа, клапана срабатывают на доменной печи — прям кричишь. Романтика! Тогда было время больших свершений и капитального строительства.

А сейчас другой интерес — как обеспечить работу людей. Например, я регулярно обхожу рабочие места на заводе, и мне люди говорят: мы вам благодарны за то, что вы регулярно платите нам зарплату, и хорошую зарплату, за то, что заботитесь о нашем благосостоянии и о том, чтобы фирма жила. Это приятно!

За все 30 лет я ни разу не допустил задержки зарплаты. А когда началась пандемия, поднял зарплату рабочим на 10—15%. Так и живем!

Сейчас есть проблема с кадрами?

Какие-то проблемы были всегда. Люди приходят и уходят. Но в нашей компании текучесть я оцениваю как нормальную. У нас свыше 50% персонала — это люди, которые работают в ГП «Стальные конструкции» более 15 лет.

Кроме того, приходят новые люди, которые являются умелыми профессионалами. И мы поддерживаем эту связь и справляемся с текущими задачами с тем составом, который есть. Тем более было время, когда мы по 5 тыс. т профнастила в месяц катали, а сейчас делаем 3,5 тыс. т.

Развиваете ли вы производство другой продукции?

Сейчас компания выпускает сетку в небольших объемах — сварную и просечно-вытяжную, а также заборные элементы. Туда мы расходуем в основном остатки материалов от основного производства, поэтому получается достаточно выгодно.

Когда будет налажена стабильная логистика с Китаем, планируем купить еще один станок для другого вида сетки. Но это мелочи. Глобально пока ничего не начинаем, так как всякая глобальность требует капиталовложений.

Вы часто ездили за рубеж, видели, как активно металлостроительство развивается в других странах и насколько это эффективно. Почему, на ваш взгляд, в России нет такого бурного развития?

Основная причина по-прежнему в отсутствии заинтересованности наших властей в развитии собственной страны и квалифицированных специалистов. Так, в Минстрое РФ нет ни одного чиновника, имеющего строительное образование. И как можно совмещать Министерство строительства и коммунальное хозяйство? Управление строительством и эксплуатацией этого хозяйства нельзя сочетать в одном лице.

Поэтому пока наше правительство по-настоящему не возьмется за поддержку настоящего строительства в России, ничего мы не осуществим.

При этом я по-прежнему уверен, что металлостроительство — очень эффективный и перспективный способ возведения зданий и сооружений. К тому же очень прозрачный, поскольку там ничего украсть нельзя — может быть посчитан каждый болтик, все затраты на виду.

Кстати, с началом пандемии увеличился объем строительства зданий из легких металлоконструкций. И в будущем, когда надо будет восстанавливать Донбасс, вряд ли будут использовать кирпич и шлакоблок — будут строить из металлоконструкций.

То есть вода камень точит…

Да, точит. Создание Ассоциации развития стального строительства (АРСС) является одним из примеров такой капли. Но, по моему мнению, это все-таки не то, что нужно отрасли, поскольку в АРСС объединились производители и металла, и металлоконструкций, то есть его потребителей. А между производителями и потребителями металла всегда должен быть конфликт, какое-то соревнование, которое бы двигало рынок вперед. А когда заводы металлоконструкций подчиняются металлургам, то последние никак не будут заботиться об интересах переработчиков металла.

Вас никогда не приглашали во властные органы?

Во властные — нет. Когда я еще был прорабом в Казахстане, меня приглашали стать инструктором в партийных органах,. Но мне было милее работать монтажником на производственной площадке.

Потом, когда я уже работал в Баку, была другая перспектива: мне предложили стать председателем народного контроля г. Сумгаита. Эта должность была предназначена для русского человека. Но если на этой должности кому-то из местных дать послабление, а кому-то — нет, то посадят обязательно. Поэтому и от этого предложения я отказался.

Как вы увлеклись боулингом?

Это случилось в 1997 г. Помню, что до этого мы съездили в Прагу — на матч, когда «Спартак» играл со «Спартой». Там мы случайно заглянули в боулинг, где было всего две дорожки. На одной играли словаки, а на другой — мы. Туфель не было, мы скользили в носках, кегли были на веревочках. И мы сыграли со словаками с большим интересом.

Вернувшись в Россию, начали регулярно тренироваться. Здесь уже были современные боулинг-клубы. В первые пять лет наша компания стабильно тренировалась — 3 раза в неделю. Сейчас, конечно, намного реже играем, но по-прежнему берем призовые места в турнирах!

Какое у вас было самое большое количество очков?

246 очков за игру, семь страйков подряд!

 

 

ИИС Металлоснабжение и сбыт

Поделись с коллегами:

Читать все новости
Искать в архиве

 

РСПМ в социальных сетях:

 Telegram VK Youtube Spotify

Сегодня: 26 июня 2022г.

вход в систему

Логин: Пароль:
Запомнить меня:

Регистрация | Забыли пароль?